Школа английского языка — интервью с основателями

Проект интересен необычным подходом к изучению английского, интенсивностью учебных программ и нестандартными темами учебных блоков. О модульной системе «Английского во флаконе» нам рассказала одна из создателей и руководителей проекта Юлия Янкевич. 

Проект, который был запущен совсем недавно, интересен необычным подходом к изучению английского, интенсивностью учебных программ и нестандартными темами учебных блоков.

Вы можете выбрать модуль на сайте проекта в зависимости от уровня английского, посетить занятие и приобрести необходимые вам скилы в сжатые сроки – от 5 до 8 часов – в уютной и вдохновляющей атмосфере дизайн-завода «Флакон».

О том, кто создает модули и почему вам стоит их пройти, нам рассказала одна из создателей и руководителей проекта Юлия Янкевич

Как возникла идея создания проекта?

Идея проекта возникла, когда мы поняли, что в Москве не так много мест, где можно изучать английский язык в творческой и уютной обстановке, к тому же с лучшими преподавателями.

Кроме того, работая на инновационной образовательной программе «Учитель для России», Станислав Янкевич, создатель площадки, часто сталкивается с проектами, предвосхищающими перемены в образовании. «Английский во Флаконе» — один из таких проектов.

С одной стороны, мы помогаем людям сфокусироваться на конкретных задачах, которые они могут решить при помощи английского языка. С другой стороны, мы подталкиваем людей к разностороннему развитию, предлагая модули от поэзии до деловой переписки.

В чем особенность интенсивных модулей? все ли слушатели выдерживают нагрузку? 

Школа английского языка — интервью с основателями

Языковые модули — это интенсивные групповые занятия по конкретным темам английского языка с точно заявленными целями. Отсюда символ флакона — высокой концентрации знаний. Занятия проходят в творческой атмосфере дизайн-завода Флакон. Мы угощаем вкусным кофе и домашним печеньем. Таким образом, эффективные занятия превращаются в чистое удовольствие! Наши слушатели уходят приятно удивленными и с большим багажом знаний. 

Языковые модули — это интенсивные групповые занятия по конкретным темам английского языка с точно заявленными целями. Отсюда символ флакона — высокой концентрации знаний. 

Кто и как выбирает темы модулей? Как готовится программа модуля? 

Главное в нашем проекте — это люди. Наши авторы — это люди с ярким жизненным и профессиональным опытом. Авторы делятся самыми ценными знаниями, опираясь на свой богатый опыт.

В то же время очень большое значение имеет качество модуля. Автор должен показать, что владеет выдающимися преподавательскими и языковыми навыками.

Все наши авторы говорят на чистом английском языке на уровне носителей. 

У вас несколько модулей по подготовке к тесту ielts. даете ли вы гарантии сдачи своим студентам? 

На нашей площадке нет курса подготовки к IELTS, поэтому мы не конкурируем с языковыми курсами и официальными центрами.

У нас есть ряд интенсивных модулей по конкретным темам, например, «IELTS MOST COMMON MISTAKES». Мы гарантируем, что слушатель в точном объеме достигнет тех целей, которые мы заявляем в описании модуля.

Я – автор модулей по IELTS и сдала экзамен на 8.5 из 9 баллов (уровень эксперта/носителя).

Мы гарантируем, что слушатель в точном объеме достигнет тех целей, которые мы заявляем в описании модуля. 

Какие программы готовы порекомендовать друзьям, даже тем, которые хорошо знают английский? 

Мы гордимся абсолютно всеми модулями на площадке и отвечаем за них своим именем и репутацией. Особенной популярностью у слушателей пользуется модуль по английской поэзии. Занятия по поэзии — это настоящий праздник для нас и наших слушателей!

Как выбрали локацию проекта? 

Школа английского языка — интервью с основателями Школа английского языка — интервью с основателями Школа английского языка — интервью с основателями Школа английского языка — интервью с основателями Школа английского языка — интервью с основателями

Мы обошли все творческие и необычные места Москвы и пришли к выводу, что дизайн-завод Флакон — это лучшее место для наших слушателей. После модуля можно сходить в магазин дизайнерской одежды (кстати советуем почитать интересную статью об одежде на английском языке с переводом и картинками), арт-кафе, шоу-рум необычных товаров и даже в ремесленную мастерскую!

Расскажите об интернет-магазине при модульной языковой площадке

Английский во флаконе — это не только модульная языковая площадка, но также интернет-магазин умных книг и красивых вещей. Например, у нас можно купить очаровательную книжку-гармошку о Шекспире, открытки-раскраски Pictura на тему Лондона, книгу от полиглота и наш собственный учебник по английской поэзии! Изюминка в том, что мы делимся своим вкусом и размещаем только стоящие товары. 

Планируете ли расширять спектр языков на площадке? 

Сейчас все наши модули посвящены английскому языку. При этом мы сами говорим не только на английском языке, но также на испанском, французском и немецком, ведь мы учились в Инязе Мориса Тореза! Вполне возможно, что в будущем проект станет мультиязычным.

Каковы ближайшие творческие (и не только) планы по развитию площадки? 

Мы работаем над тем, чтобы проект «Английский во флаконе» стал местом для творческой самореализации талантливых и ярких профессионалов. Мы хотим поделиться принципиально новым взглядом на английский язык. На занятиях мы делаем все для того, чтобы изучение английского языка стало значимым жизненным опытом для наших слушателей, каким оно в свое время стало для нас самих.

  • Проект «Английский во флаконе» предвосхищает назревшие перемены в образовании. 

Что вас вдохновляет в работе?

Настоящее вдохновение от работы мы получаем, когда видим горящие и благодарные глаза наших слушателей. Мы рады тому, что проект «Английский во флаконе» предвосхищает назревшие перемены в образовании. Мы открыты к сотрудничеству со всеми, кто идет в одном направлении с нами.
 

Юлия, спасибо за ваши ответы и интересный формат изучения языка, который вы предлагаете. 

Интервью с основателем языковой школы Дмитрия Никитина

Привет Дмитрий! Рад, что нашел пару минуток в своем плотном графике на разговор со мной. Перед тем как задавать вопросы, немного опишу процесс знакомства с тобой. Вначале я зашел на блог nikitindima.

name уже не помню по какому запросу и начал его изучать.

Через некоторое время немного «прозрел», так как понял, что автор сего творения не просто аматор-любитель английского языка, но кандидат филологических наук.

Для меня, как магистра института иностранных языков, это имеет огромное значение. Кто как не человек с кандидатской работой на тему «Структурно-функциональные особенности заимствований из английского языка в тексте современной российской газеты» сможет сказать о современных тенденциях развития языка в целом.

Я: Ты регулярно проходишь тренинги и курсы для преподавателей английского языка в Великобритании? Как тебе их методы обучения? Уж очень интересно узнать побольше информации о зарубежном стиле преподавания, да и жизни в целом. Судя по некоторым публикациям блога, ты заметил эту разницу:).

Д: Да, действительно, я примерно два раза в год прохожу обучение в Великобритании, обычно в Лондоне. Продолжительность каждого курса – от месяца до трех. Много дел, связанных с деятельностью моей языковой школы, я могу выполнять дистанционно, так что пока есть возможность выезжать на такие длительные периоды.

Я не могу сказать, что тренинги, которые проводятся за границей, лучше или хуже семинаров российских преподавателей и методистов. Как и везде, все зависит от школы или университета, где проходишь обучение.

Согласись, что и в России, и в Англии можно за одинаковую сумму получить одну и ту же образовательную услугу, но абсолютно разного качества?

Школа английского языка — интервью с основателями

Главным плюсом обучения в Великобритании является то, что оно другое, отличается от нашего. Многие туристы покупают в Лондоне много одежды.

Делают они это не потому, что английские  вещи как-то лучше тех, которые продаются в их родных странах, а потому, что они отличаются. Вот то же самое и с обучением. Можно найти идеи, которые еще не часто используются в России, а они очень даже практичные и полезные.

Это и новые способы ведения занятий, и иное отношение к образовательным потребностям ученика, и новые критерии оценки знаний и т.д.

Другим важным преимуществом обучения в Лондоне лично мне кажется интернациональный состав учебных групп, когда у меня есть возможность общаться и делиться опытом с коллегами из разных стран.

Но я не могу сказать, что английская методика обучения на сто процентов применима к российской действительности.

Конечно же, она нуждается в адаптации и для изучающих английский язык очень важно общаться не только с преподавателями-носителями языка, но и с русскими опытными учителями и методистами.

Я: Дмитрий, когда появилась идея создания собственной школы? Это уже серьезный шаг, ведь нужно все обдумать, взвесить, плюс первоначальный капитал. Кто тебе помогал в этом? Сколько учеников в группе?

Д: Идея открытия школы мне пришла тогда, когда я перестал справляться с преподаванием в одиночку. Было очень много учеников и совсем не так много времени.

Более того, мне не хотелось приглашать частных учеников домой, нужна была литература для подготовки к занятиям и место для ее хранения, было необходимо постоянно ездить на семинары и мастерские в другие города, а к тому времени у меня не было возможности все это получить.

Читайте также:  Future Perfect — будущее совершенное время в английском языке

Школа английского языка — интервью с основателями

Другой, более важной,  причиной было желание качественно преподавать английский язык и создать условия, при которых и ученики, и преподаватели чувствовали бы себя комфортно, получая все необходимое для изучения английского – новейшую литературу, возможность работать по современным передовым технологиям, выезжать за границу и т.д. В общем сейчас этих целей я достиг. В школе большая уникальная для региона библиотека,  преподаватели ежегодно выезжают на обучение в Великобританию, к нам ежемесячно приезжают ведущие российские специалисты в области методики преподавания и ведут семинары не только для наших преподавателей, но и для учителей английского языка Ярославской области. Всем преподавателям мы помогли сдать международные экзамены как по английскому языку, так и по методике преподавания.

Школа английского языка — интервью с основателями

Залог успеха обучения английскому языку — это еще и количество учеников в группах. В наших группах не более восьми учеников, с которыми применяются коммуникативные методы обучения с элементами игры и с использованием работы в парах и небольших группах.  Занятие строится в формате тренинга – очень живо и увлекательно!

Я: Сейчас есть много разных методик изучения иностранных языков. Твоя, школа, как я понимаю, тоже использует уникальную методологию преподавания. Если не секрет, расскажи немного о плюсах и минусах твоих творений. Как ты относишься к «старой закалке» обучения, типу зазубривание текстов, топиков и тех же слов?

Д: В Языковой школе Дмитрия Никитина мы опираемся на коммуникативный метод обучения, который сам по себе многогранен, внутри этого метода существует множество педагогических концепций, часто противоречащих друг другу.

Программа курса в конечном варианте определяется только после серии занятий и всегда составляется для каждой группы в отдельности с учетом целей изучения английского учеников – от «подтянуть английский в школе» и «поехать в США по программе WorkandTravel» до «выиграть стипендию для обучения в Англии» и «работать с зарубежными партнерами».

Школа английского языка — интервью с основателями

Говоря о «старой закалке» — это просто иной метод обучения, ни хуже и не лучше модного коммуникативного подхода, который (отодвигая в сторону рекламные слоганы «английский за две недели») требует определенного объема механического запоминания и отработки лексических и грамматических структур. Как и раньше, ключ к успеху изучения английского языка – совсем не только метод, а преподаватель, который этот метод использует. Ищите, прежде всего, хорошего специалиста.

Я: Английский по skype? Как думаешь, может дистанционное обучение стать на уровень с офлайн репетиторством или офлайн обучением?

Д: Обучение по Skype в режиме индивидуальных занятий действительно мало отличается от обычного. С групповыми занятиями сложнее по техническим соображениям.

В нашей школе мы активно применяем обучение по  Skype, а также организовываем вебинары для наших коллег.

Главный плюс обучения иностранным языкам по Skype для меня – это возможность изучения «экзотических» языков (корейского, португальского, чешского), ведь далеко не каждый может изучать такие редкие языки в своем регионе, а в режиме онлайн это вполне возможно.

Я: Пожалуй будем завершать наш приятный разговор. Что бы ты посоветовал читателям lingvotutor.ru? Они все зубрят, зубрят, зубрят….:)

Д: Я бы посоветовал четко понять и четко сформулировать  цель изучения английского языка («подучить грамматику» — плохая цель, «сдать международный экзамен IELTSна оценку 5,5 этой весной» — хорошая цель»), проконсультироваться со специалистом, как и в какое время достичь этой цели и работать над ее реализацией. Иначе бесцельное обучение затянется нагода и принесет совсем не такие результаты, о которых вы мечтали.

Я: Желаю тебе и твоей школе хороших учеников! Спасибо за разговор.

Школа английского языка — интервью с основателями

Основатель школы Don’t Speak рассказывает, как учить иностранный язык и получать от этого удовольствие

Изучение иностранного языка — это не обязательно боль, страдания и зубрежка непонятных конструкций. Если превратить учебу в привычку, то она будет приносить только положительные эмоции.

Выпускник Университета ИТМО и основатель школы английского языка Don’t Speak Андрей Гуляев рассказал в интервью нашему порталу о том, какой подход к изучению иностранного языка эффективнее академического, чем образование в техническом вузе помогает в работе, никак не связанной с профильной специальностью, и как, наконец, перестать беспокоиться и начать жить.

Почему ты решил выбрать Университет ИТМО?

После девятого класса у нас в школе появилось деление на гуманитарный, физико-математический и естественнонаучный классы. Я пошел в физико-математический, потому что хотел дальше заниматься именно этими предметами.

Когда выбирал вуз, отфильтровал те, на которых была военная кафедра, и в итоге остановился на Университете ИТМО.

Я хотел быть на переднем крае науки и вести исследования, а ужасные слова «фотоника» и «оптоинформатика», хоть я и не понимал их значения до конца, окончательно пленили мои мозг и сердце, поэтому я поступил на кафедру оптоинформационных технологий и материалов.

Что особенно запомнилось в процессе учебы?

Легендарные бутерброды из столовой. На моем первом курсе они стоили 25 рублей, сейчас, наверное, уже порядком дороже: можно даже ввести индекс бутерброда по аналогии с «индексом бигмака». Еще я помню, что боялся вылететь настолько сильно, что сдал первую сессию на «отлично».

Наш куратор, Наталия Дмитриевна Козлова, «строила» нас в лучших традициях армейского сержанта, и по истечении года-двух я понял, что так было правильно. Она сразу дисциплинировала нас и настроила на достаточно продуктивный лад.

Было заметно, как параллельные группы с других кафедр и факультетов расклеиваются и разваливаются, а у нас все развивалось стабильно хорошо.

Еще есть что вспомнить из того времени, когда мы начали проводить больше времени на самой кафедре в здании на Биржевой, 4 — весь материал, поданный в виде шуток и баек, помнится до сих пор, хотя в последние пять лет я этими знаниями особо не пользовался. Стоит отдать должное университетскому образованию. Когда нужны технические знания, что-то самостоятельно выгребается из закромов, хотя моя нынешняя работа с тем, что я изучал в Университете ИТМО, никак не связана.

Постепенно я понял, что наука и научная деятельность — не совсем мое. Я даже поступил в аспирантуру и отучился там год, но я туда шел в первую очередь из-за желания преподавать. Даже хотел записаться на курсы преподавателей высшей школы, но, когда узнал, что нужно будет в течение года учиться по четыре вечера в неделю, мне стало ясно, что на это просто не хватит времени.

Школа английского языка — интервью с основателями Источник: vk.com/dspeak

После выпуска ты работал по специальности?

Единственная работа по специальности, которую я выполнял, была на кафедре, мне даже что-то платили в рамках гранта. Очень многие люди живут с мнением, что образование — это что-то, что нужно перетерпеть, чтобы потом жить нормально. Но, по-моему, учеба — одна из самых интересных вещей, придуманных человечеством.

В первый образовательный стартап меня позвали в 2009-м, за год до того, как я окончил университет. Я начинал со смешных вещей — организации курсов массажа и тренингов по какой-то ерунде вроде приготовления суши или изготовления игрушек из воздушных шариков, и понял, что мне это нравится.

Например, один из стартапов, в который меня позвали, нужно было поднимать с нуля — в распоряжении только пустое помещение в двести квадратных метров. Андрей, это будет великое дело, сказали мне, и я поверил. Это был еще не Don’t Speak, а тренинг-клуб Advance, существующий до сих пор.

Многие считают его нашим конкурентом, но никаких враждебных отношений между нами нет, а с Николаем Ягодкиным, автором методики Advance, мы прекрасно общаемся по сей день.

Это начало отнимать все мое время, и из аспирантуры я ушел, тем более что тогда я уже понимал, что самое большое, что я от нее получаю, — это студенческий проездной.

После Advance была школа SkillSet, где я впервые в жизни начал преподавать английский сам, затем работал директором в Excellence English Centre, который закрылся вскоре после моего ухода.

Немного поработал на себя, нашел партнера, с которым мы проводили тренинги, и все это вылилось в идею создать собственную школу английского языка.

После некоторых трудностей, связанных с учебной программой и распределением обязанностей, я выкупил свою долю в компании, и с февраля 2012 года я исчисляю историю школы Don’t Speak. Сначала я делал всю работу в компании — писал объявления, вел паблик, общался с клиентами, преподавал, а сейчас практически ничем из этого не занимаюсь. Через полтора месяца отучится последняя группа, в которой я веду занятия, и я оставлю за собой обязанности только руководителя компании.

Но ведь ты говорил, что всегда хотел только преподавать.

Это совершенно естественная эволюция. Я чувствую, что взрослею: больше условных пяти групп по десять человек преподаватель не может вести просто физически, а мне хочется влиять на большее количество людей, пусть и опосредованно.

В самой школе сейчас учится почти 500 студентов, а работает 70 сотрудников, и я занимаюсь их обучением. Это очень интересный челлендж — сделать что-то чужими руками. Я по-прежнему считаю, что образование — это очень здорово, развиваюсь и чему-то учусь сам.

Читайте также:  Как сдать Speaking (говорение) на экзамене CPE на отлично

Сейчас, например, собираюсь пойти на курсы вокала.

Школа английского языка — интервью с основателями Источник: vk.com/dspeak

В чем заключается методика Don’t Speak?

Наше ноу-хау не такое уж и секретное. Если послушать тех, кто знает несколько языков, все говорят примерно об одном и том же: иностранный язык нужно сделать привычкой. Мы пишем это на наших рекламных материалах, на входе в школу висит баннер «English only», сотрудники друг с другом тоже общаются на английском.

Мы позиционируем язык не как предмет, который мы изучаем, а как что-то, с чем мы живем. Например, сейчас на моем телефоне системный язык — английский, до этого были итальянский, немецкий, испанский. Смотреть фильмы и читать книжки интереснее на языке автора, чем в переводе.

Та же англоязычная Википедия гораздо полнее по сравнению с русской.

Мы всеми силами пытаемся поменять мировоззрение наших студентов в эту сторону, их взгляд и отношение к английскому языку, и стараемся превратить процесс в удовольствие.

Если проводить занятия в игровой форме, через какое-то время накапливается критическая масса позитивных эмоций, удается сместить фокус внимания с того, что английский язык — это боль. Тогда начинается прогресс.

Студент начинает интересоваться языком, заниматься им дома самостоятельно.

Существенное влияние на запоминаемость оказывает не академическая среда, а повседневная жизнь. У человека очень ленивый мозг, и если учить язык только на уроках, то скоро формируется привычка, что все это и должно оставаться на уроках.

К тому же в университете сначала грамматика, потом — практика. В реальной жизни все наоборот. Допустим, вы разбили телефон, и, чтобы его починить, начинаете искать сервисный центр где-нибудь рядом с домом.

То есть сначала появляется проблема, а потом, в процессе ее решения, — понимание, как это сделать.

Фильмы, книги, общение с иностранцами — это постоянный источник таких новых задач, и когда новая информация — не просто параграф из книги, а ответ на ваш вопрос, то она усваивается гораздо лучше. Чтобы эффективно учить что-либо, нужно связать с этим свой образ жизни.

Возможно ли «впихнуть» этот подход в академическую среду?

В Университете ИТМО вполне, мне он кажется прогрессивным вузом. Пока я учился, здесь постоянно внедрялись какие-то новые классные инновации. Такое изменение подхода к образованию, когда от изучения книжек оно переходит в режим живой деятельности, здорово бы подняло его эффективность.

Школа английского языка — интервью с основателями Источник: vk.com/dspeak

Мы используем подход flipped education, когда теорию дают не на уроке, а в виде домашнего задания. Студент получает по электронной почте, к примеру, видеоролик, смотрит его, и если что-то не понял, то уточняет у куратора. Мы называем их English friend, хотя, конечно, это не просто «друг», а преподаватель.

Уже потом, на занятиях, мы даем упражнения и тренируем эти теоретические конструкции. Кроме того, студент каждый день созванивается со своим English friend и беседует на английском минут десять-пятнадцать.

Этим мы разбавляем академическую составляющую, хотя у тех, кто сам занимается языком дополнительно — ходит в разговорный клуб или, допустим, знакомится с иностранцами через каучсерфинг, прогресс гораздо заметнее.

Этот подход можно развивать даже в той ситуации, когда есть жесткие рамки. Есть стандартные уровни владения языком — elementary, intermediate и так далее, есть учебные планы, и мы тоже отталкиваемся от них, когда обучаем своих студентов. Мы сменили не контент, а формат подачи.

Например, если у студентов есть блок бизнес-английского, по его завершении они презентуют свои бизнес-идеи перед группой, как стартаперы в шоу Dragon's Den. Они за две недели сами находят и перелопачивают кучу конструкций, которые пригодятся им в будущем.

Мы заметили, что соревновательный элемент одинаково хорошо работает как для детей, так и для взрослых, а на фоне позитивных эмоций отлично запоминаются и past perfect, и complex object.

Последние события, связанные с кризисом, санкциями и всем остальным, как-то влияют на интерес людей к изучению иностранных языков?

Я бы сказал, что интерес остается на прежнем уровне. Может быть, меньше людей учит язык для путешествий, потому что им не хватает денег на нормальный отпуск.

С другой стороны, с таким соотношением рубля к иностранной валюте у России появляется колоссальный экономический потенциал — любое производство, ориентированное на экспорт, становится очень выгодным. Поэтому многие российские компании начинают активно шевелиться и учить английский для того, чтобы выходить на западные рынки.

К тому же те, кто раньше учился «для себя», начинают изучать английский для повышения своей ценности на рынке труда: резюме с пунктом «свободный английский» сейчас гораздо ценнее, чем два-три года назад, и те, кто раньше потратил бы «лишнюю» сумму на отпуск, сейчас скорее вложат ее в саморазвитие.

Кто-то идет на курсы вождения, кто-то на курсы повышения квалификации, а язык — это универсальный навык, который если и не пригодится прямо сейчас, то в будущем понадобится точно. Не могу сказать, что рынок образования «просел». Может быть, изменилась целевая аудитория.

Школа английского языка — интервью с основателями Источник: vk.com/dspeak

Учеба в Университете ИТМО как-то помогает тебе в работе?

Я считаю, что любой вуз — это не просто ради «корочки», даже если ты не идешь работать по специальности. Это как детский сад или школа, только совсем другого уровня.

Там человек взрослеет под надзором чрезвычайно умных и грамотных людей, которые прививают правильное отношение к образованию, какие-то взгляды и так далее.

Самое главное вложение вуза в меня — это скорее воспитание и работа над личностными качествами, нежели какие-то дисциплины. Да, я до сих пор могу вспомнить что-нибудь про физику твердого тела, лазеры, p-n переходы и еще кучу вещей, которыми я сейчас не пользуюсь.

Но суть университетского образования в том, что после него мозг начинает работать по-другому, тренируется самостоятельно чему-то учиться. Люди с высшим образованием и без него отличаются не количеством знаний, а культурой и образом мышления.

Что бы ты посоветовал нынешним выпускникам? Идти работать по специальности или выбрать какие-то отрасли, которые ты считаешь особенно перспективными?

Свое будущее определяешь ты, а не твоя специальность. Не нужно думать, что если ты учился на кого-то пять лет, а потом начал заниматься чем-то совершенно другим, то эти пять лет пропали. Многие из-за этого сильно переживают — а правильный ли выбор я сделал, а вдруг поставил крест на своем будущем. Всегда можно передумать и поменять курс, бояться этого не нужно.

Типичная российская точка зрения в том, что работа — это то, что нужно терпеть с понедельника по пятницу, чтобы пожить в выходные. Я считаю иначе. За три года существования Don’t Speak мы пересобрали коллектив несколько раз.

Те, кто работал за зарплату, ушли, и остались те, кто работает за зарплату и за идею. Мой совет выпускникам достаточно стандартный: смотри, что тебе нравится делать, и ищи способы получать за это деньги. Зачастую не совсем понятно, что конкретно может понравиться в работе.

Может быть, продажи — это не твое, зато в этой компании классный коллектив и отличные условия труда, и когда-то не нравившаяся работа становится интересной. Надо пробовать.

Это не просто трата времени, а обмен его на опыт: ты получишь либо результат, либо понимание, что его нужно искать где-то в другом месте. И это гораздо эффективнее тестов на профориентацию и тренингов по поиску предназначения.

«Мы все слабо представляем, каким будет будущее». Интервью с основателем языковой школы имени Гюнтера Грасса

Язы­ко­вая шко­ла име­ни Гюн­те­ра Грас­са — неком­мер­че­ский про­ект, у ко­то­ро­го нет при­бы­ли, все день­ги ухо­дят на арен­ду и зар­пла­ты. Три года на­зад его ос­но­вал Дмит­рий Гав­ри­лов.

Сна­ча­ла в шко­ле он вме­сте с по­дру­гой-фран­цу­жен­кой обу­чал взрос­лых толь­ко немец­ко­му и фран­цуз­ско­му. Сей­час здесь мож­но так­же учить ан­глий­ский, ис­пан­ский и даже рус­ский же­сто­вой язык.

Мы узна­ли у Дмит­рия, чем его про­ект от­ли­ча­ет­ся от лю­бой дру­гой язы­ко­вой шко­лы, ка­кая ме­то­ди­ка обу­че­ния наи­бо­лее эф­фек­тив­на и что бу­дет со шко­лой по­сле ка­ран­ти­на.

— Как воз­ник­ла идея шко­лы? В чем ее от­ли­чие от боль­шин­ства дру­гих язы­ко­вых кур­сов?

— Сей­час мне ка­жет­ся, что идея воз­ник­ла, ко­гда я еще учил­ся в уни­вер­си­те­те, но она была неосо­знан­ная. Боль­шин­ство ву­зов тре­бу­ют из­ме­не­ний. Мой линг­ви­сти­че­ский вуз был со­всем плох.

Я по­сто­ян­но ду­мал о том, что если сде­лать пре­по­да­ва­ние язы­ков бо­лее че­ло­веч­ным и нуж­ным, то на вы­хо­де было бы куда ре­зуль­та­тив­нее. Без­услов­но, в язы­ке мно­го непрак­тич­ных ве­щей, но чи­тать «то­пи­ки» про Шекс­пи­ра в 2020 году — уже со­вер­шен­но неак­ту­аль­но.

В ито­ге стал­ки­ва­ешь­ся с тем, что ты это учишь, а по­том от­кры­ва­ешь лю­бое со­вре­мен­ное ан­гло­языч­ное ме­диа и ни сло­ва не по­ни­ма­ешь. За­чем та­кое об­ра­зо­ва­ние? Я мно­го ду­мал об этом, но дол­го не пред­став­лял, как все это осу­ще­ствить.

Боль­шин­ство это ре­а­ли­зу­ют на прак­ти­ке, ко­гда ин­ди­ви­ду­аль­но за­ни­ма­ют­ся с уче­ни­ка­ми. Но в част­ных за­ня­ти­ях у вас нет сре­ды, ком­му­ни­ка­ции, жи­во­го об­ще­ния.

У меня был ор­га­ни­за­тор­ский опыт, но ко­гда идея шко­лы со­зре­ла, я ду­мал, что буду пре­по­да­вать боль­ше сво­им дру­зьям. Шко­ла раз­рос­лась, и те­перь наша ауди­то­рия го­раз­до шире.

— Кто был пер­вы­ми учи­те­ля­ми в ва­шей шко­ле?

— Это был я и моя по­дру­га из Фран­ции, мы пре­по­да­ва­ли немец­кий и фран­цуз­ский, со­от­вет­ствен­но. Пер­вая груп­па на­бра­лась из ше­сти че­ло­век, но по­ло­ви­на из них от­ва­ли­лась мо­мен­таль­но.

Я на­пи­сал пост в фейс­бу­ке, люди от­клик­ну­лись, но на неде­ле ко мне на за­ня­тия хо­ди­ли 3-4 че­ло­ве­ка. Да, по­на­ча­лу это не было чем-то мас­штаб­ным, о шко­ле зна­ли толь­ко мои дру­зья.

Я не стал бро­сать, и про­ект на­чал раз­рас­тать­ся.

Сле­ду­ю­щие груп­пы по­яви­лись, ко­гда у меня воз­ник­ла идея про­во­дить за­ня­тия в уют­ной квар­ти­ре, до это­го мы за­ни­ма­лись в «Ци­фер­бла­те». Мы объ­яви­ли на­бор, анон­си­ро­ва­ли по­ме­ще­ние, ко­то­ро­го не было. Что­бы снять хо­ро­шее по­ме­ще­ние — нуж­но мно­го де­нег, а для это­го — мно­го уче­ни­ков.

Если со­зда­вать шко­лу офи­ци­аль­но, то нуж­но предо­ста­вить до­ку­мен­ты в Ми­ни­стер­ство об­ра­зо­ва­ния о по­ме­ще­нии, где бу­дет шко­ла, и о плане на год. Я не по­ни­маю, как это воз­мож­но.

— Как вы ре­ши­ли эту про­бле­му?

— Я объ­явил на­бор, к нам за­пи­са­лось очень мно­го лю­дей, а по­ме­ще­ния не было. Я даже при­мер­но не мог под­счи­тать: хва­тит ли нам со­бран­ных де­нег, что­бы квар­ти­ра оку­пи­лась, сколь­ко лю­дей в ито­ге при­дет? По ито­гу нам про­сто по­вез­ло, мы на­шли от­лич­ную квар­ти­ру, где мы были одни на эта­же и ни­ко­му не ме­ша­ли це­лый год.

Читайте также:  Как учить английский язык по книгам: польза адаптированной литературы

Той же осе­нью 2018 года у нас как раз по­яви­лись в шко­ле ис­пан­ский, ан­глий­ский. Пом­ню, ко­гда на­бра­лась груп­па по ан­глий­ско­му, я ду­мал: «Это худ­шее, что мо­жет слу­чить­ся».

За вре­мя обу­че­ния в вузе (я изу­чал ан­глий­ский и япон­ский) мне ан­глий­ско­го хва­ти­ло с лих­вой, по­это­му в на­шей шко­ле я сна­ча­ла пре­по­да­вал толь­ко немец­кий (сей­час у меня есть груп­пы по ан­глий­ско­му), ко­то­рый сам вы­учил в Гёте-Ин­сти­ту­те.

Моей ос­нов­ной це­лью было как раз соз­дать ме­сто, где мож­но бы было вы­учить нор­маль­но немец­кий язык, по­то­му что кро­ме Гёте-Ин­сти­ту­та тол­ком и нет ни­че­го. А туда дол­го ез­дить и до­ро­го.

— По­че­му вы на­зва­ли шко­лу в честь Гюн­те­ра Грас­са?

— Гюн­тер Грасс пи­сал про дет­ство лю­дей, ко­то­рые вы­рос­ли в на­цист­ской Гер­ма­нии на лож­ных иде­ях. Он пы­тал­ся с их точ­ки зре­ния осмыс­лить мир.

По­лу­ча­ет­ся ис­ко­вер­кан­ная оп­ти­ка: дети вос­при­ни­ма­ют все за чи­стую мо­не­ту и на­чи­на­ют иг­рать в этот спек­такль, а по­том по­ни­ма­ют, что их об­ма­ну­ли взрос­лые. Вот по­хо­жее ощу­ще­ние у меня было от мо­е­го уни­вер­си­те­та и от Рос­сии в це­лом.

По­лу­ча­ет­ся игра, в ко­то­рой лю­дям про­сто ло­ма­ют жизнь. Мне бы хо­те­лось, что­бы было не так, что­бы все было чест­но и не было это­го стран­но­го спек­так­ля, в ко­то­рый мы все иг­ра­ем.

Ко­неч­но, глу­бо­кий смысл при­шел поз­же, по­сле про­чте­ния ро­ма­на Грас­са и по­се­ще­ния его му­зея в Гер­ма­нии. Я на­звал шко­лу из­на­чаль­но про­сто так, но по­том по­нял, что неосо­знан­но вло­жил имен­но эту мысль.

— В чем за­клю­ча­ет­ся фи­ло­со­фия шко­лы?

— Со­вер­шен­но точ­но, что фи­ло­со­фия на­шей шко­лы эво­лю­ци­о­ни­ру­ет. Сей­час она за­клю­ча­ет­ся в том, что­бы сде­лать та­кое ме­сто, где люди бу­дут чув­ство­вать, что нам не все рав­но, что они здесь на­хо­дят­ся, по­че­му они к нам по­па­ли и чего во­об­ще хо­тят.

— В опи­са­нии шко­лы есть пра­ви­ло про ува­же­ние чу­жих гра­ниц, ко­то­рое вклю­ча­ет в себя за­прет на ра­сист­ские и го­мо­фоб­ные шут­ки. У вас были пре­це­ден­ты?

Неко­то­рые люди при­хо­дят и не сра­зу по­ни­ма­ют, куда они по­па­ли. Они мо­гут оби­жать друг лю­дей, го­во­рить непри­ят­ные вещи. Имен­но по­это­му мы и вве­ли это пра­ви­ло. Очень слож­но в про­цес­се объ­яс­нять че­ло­ве­ку, что шут­ка некор­рект­на, по­это­му мы те­перь пре­ду­пре­жда­ем за­ра­нее.

Пра­ви­ла — это но­во­вве­де­ние это­го се­мест­ра. Люди долж­ны по­ни­мать, куда они по­па­ли. По­то­му что, как мне ка­жет­ся, мно­гие ду­ма­ют, что если ты за­пла­тил день­ги, то ты уста­нав­ли­ва­ешь пра­ви­ла. Это не так. Оскорб­ле­ние — это не то, что мы мо­жем при­нять. Это очень пор­тит ат­мо­сфе­ру.

Школа английского языка — интервью с основателями

— В ва­шей шко­ле сто­и­мость кур­сов на­мно­го ниже, чем у кон­ку­рен­тов, по­че­му?

— На са­мом деле не могу ска­зать, что ниже. Ан­глий­ский в неко­то­рых груп­пах за ме­сяц сто­ит око­ло 3,5–4 ты­сяч за 2,5-ча­со­вое за­ня­тия два раза в неде­лю. 500 руб­лей сто­ит один урок. Это не так и мало для груп­по­во­го за­ня­тия. Я счи­таю, что гло­баль­но есть про­бле­ма, что люди не зна­ют ан­глий­ско­го.

Эту про­бле­му мож­но ре­шить, если бу­дут до­ступ­ные язы­ко­вые кур­сы в том чис­ле. Дол­жен по­явить­ся эда­кий Uber в этой сфе­ре. От­ча­сти эту про­бле­му ре­ша­ет Skyeng, но у них ин­ди­ви­ду­аль­но и он­лайн. Хотя я знаю и про шко­лы, ко­то­рые за­ни­ма­ют­ся в груп­пах он­лайн.

Но мне ка­жет­ся, что это все же долж­но ре­шать­ся офлайн.

Все упи­ра­ет­ся в ад­ми­ни­стра­тив­ные и аренд­ные про­бле­мы. Мне все­гда ка­за­лось стран­но, ко­гда в язы­ко­вых шко­лах на­ни­ма­ют офис-ме­не­дже­ра. У нас сей­час око­ло 10 пре­по­да­ва­те­лей, уче­ни­ков мы ищем сами, пи­шем им, при­гла­ша­ем. Пару раз я пла­тил день­ги по­мощ­ни­кам, но в осталь­ном мне неслож­но это де­лать са­мо­му.

Сей­час мы пе­ре­шли на он­лайн-обу­че­ние, ду­маю, что есть шанс, что мы за­кро­ем­ся по­сле ка­ран­ти­на, по­то­му что си­ту­а­ция ста­но­вит­ся хуже  с каж­дым днем

У нас оста­лось 90% всех уче­ни­ков. Но сей­час что-то слож­но ска­зать, очень вы­со­кая ве­ро­ят­ность, что мы не вы­бе­рем­ся из кри­зи­са. По­сле од­ной неде­ли пре­по­да­ва­ния уда­лен­но я по­нял, что он­лайн во­об­ще нель­зя срав­ни­вать с офлай­ном.

В офлайне столь­ко жи­вых эмо­ций, впе­чат­ле­ний, ощу­ще­ний от вза­и­мо­дей­ствия, столь­ко слу­чай­ных столк­но­ве­ний с кем-то — в об­щем, то, что мы це­ним в обыч­ной жиз­ни.

Я ду­маю, мы все сей­час сла­бо пред­став­ля­ем, ка­ким бу­дет бу­ду­щее, воз­мож­но, в Москве не оста­нет­ся 70-80% при­выч­ных нам за­ве­де­ний.

— Ка­ких ме­то­дик вы при­дер­жи­ва­е­тесь в обу­че­нии язы­ку взрос­лых лю­дей?

— Я сам экс­пе­ри­мен­ти­рую с ме­то­ди­ка­ми, но бо­лее-ме­нее у нас для всех еди­ный ком­му­ни­ка­тив­ный под­ход. Сей­час есть тренд на эк­лек­тич­ность в пре­по­да­ва­нии.

Это зна­чит, что уже мало кто ис­поль­зу­ет толь­ко один под­ход в обу­че­нии, люди ста­ра­ют­ся со­че­тать раз­ные ме­то­ди­ки.

На деле это вы­гля­дит так: вы за­ни­ма­е­тесь в груп­пе, об­ща­е­тесь меж­ду со­бой, раз­би­ра­е­те уст­но раз­ные темы, но ино­гда ваш пре­по­да­ва­тель до­ста­ет бу­маж­ки с грам­ма­ти­кой, ко­то­рые вы вме­сте про­ре­ши­ва­е­те — это не ком­му­ни­ка­тив­ный под­ход, стро­го го­во­ря.

Я во­об­ще ста­ра­юсь ми­ни­ми­зи­ро­вать ко­ли­че­ство учеб­ни­ков в шко­ле. На на­чаль­ных эта­пах они по­лез­ны, но вот на про­дви­ну­том уровне мож­но спо­кой­но обой­тись и без них

— А на­сколь­ко эф­фек­тив­но «по­гру­жать­ся в сре­ду», ко­гда ты, на­при­мер, при­ез­жа­ешь с ми­ни­маль­ны­ми зна­ни­я­ми язы­ка в дру­гую стра­ну и учишь­ся на ме­сте?

— Чем боль­ше у че­ло­ве­ка столк­но­ве­ния с ре­аль­ным язы­ком, тем луч­ше. Если это толь­ко бы­то­вой уро­вень, где ты толь­ко об­ща­ешь­ся с про­дав­ца­ми — это один уро­вень, дру­гое дело — слу­шать лек­ции.

Ни­ка­кой урок ни­где не даст тебе та­кой ма­те­ри­ал, как на­хож­де­ние в язы­ко­вой об­ра­зо­ва­тель­ной сре­де. Но надо пом­нить, что сре­да — это не об­ра­зо­ва­ние, где важ­на струк­ту­ра, по­это­му по­яв­ля­ют­ся ошиб­ки, упро­ще­ния в речи.

На­хож­де­ние в сре­де не га­ран­ти­ру­ет, что ты ста­нешь луч­ше го­во­рить, но точ­но бу­дешь луч­ше по­ни­мать.

— Кто ваши уче­ни­ки? Ка­кая у них ос­нов­ная мо­ти­ва­ция вы­учить язык?

— На­шим уче­ни­кам при­мер­но от 20 до 40 лет, сре­ди них го­раз­до боль­ше жен­щин, чем муж­чин. Как мне ка­жет­ся, все же люди к нам при­хо­дят учить язык для себя, го­раз­до реже для ка­рье­ры. Все-таки для кон­крет­ных за­дач боль­ше под­хо­дят ре­пе­ти­то­ры, чем кур­сы.

Боль­шин­ство лю­дей хо­тят улуч­шить ан­глий­ский, но не зна­ют где и как. Он у них за­сто­по­рил­ся на ка­ком-то мо­мен­те, и они не по­ни­ма­ют, как его даль­ше улуч­шать. Обу­че­ние язы­ку тре­бу­ет очень мно­го вре­ме­ни, и слож­но за­ста­вить себя это де­лать.

Люди сра­зу на­чи­на­ют ду­мать, где им най­ти лиш­ние два часа в неде­лю, ка­кие учеб­ни­ки по­ку­пать и так да­лее.

— Что эф­фек­тив­нее: за­ни­мать­ся раз-два в неде­лю по два часа или каж­дый день по 15 ми­нут?

Без­услов­но, луч­ше за­ни­мать­ся каж­дый день по чуть-чуть. Это свя­за­но с тем, что ин­фор­ма­ция за­по­ми­на­ет­ся, ко­гда мы спим. И если учить все в один день, что-ни­будь точ­но за­бу­дет­ся. Са­мое эф­фек­тив­ное — за­ни­мать­ся пе­ред сном, по­то­му что ин­фор­ма­ция на 40% за­по­ми­на­ет­ся луч­ше, чем утром.

Мы про­сим на­ших уче­ни­ков вы­пол­нять до­маш­ние за­да­ния. Есте­ствен­но это вы­пол­ня­ет­ся не все­гда, очень за­ви­сит от кон­крет­ной груп­пы. Несмот­ря на на­хож­де­ние в груп­пе (сре­де) — важ­но на­стра­и­вать себя не толь­ко на за­ня­ти­ях, но и вне. Мы не мо­жем ни­че­му на­учить че­ло­ве­ка, ко­то­рый не хо­чет дви­гать­ся.

— Что бы вы по­со­ве­то­ва­ли тем, кто хо­чет вы­учить язык са­мо­сто­я­тель­но?

— Че­ло­ве­ку, ко­то­рый спо­со­бен себя са­мо­ор­га­ни­зо­вать и что-то вы­учить, мои со­ве­ты не осо­бо при­го­дят­ся. Та­кие люди — вер­ши­на са­мо­дис­ци­пли­ны.

На­при­мер, у меня есть зна­ко­мый, ко­то­рый сам три ме­ся­ца учил япон­ский язык с по­мо­щью Anki (про­грам­ма для об­лег­че­ния за­по­ми­на­ния слов, вы­ра­же­ний и лю­бой дру­гой ин­фор­ма­ции с по­мо­щью ин­тер­валь­ных по­вто­ре­ний — Прим. «Цеха»), но сей­час по­шел на кур­сы в япон­ский центр.

Я во­об­ще очень со­мне­ва­юсь в том, что мож­но вы­учить язык са­мо­сто­я­тель­но, хотя ис­клю­че­ния бы­ва­ют.

Для меня са­мым эф­фек­тив­ным яв­ля­ют­ся груп­по­вые за­ня­тия, ко­то­рые сни­ма­ют мно­же­ство слож­но­стей и ба­рье­ров, ко­то­рые воз­ни­ка­ют в про­цес­се изу­че­ния язы­ка. За­ста­вить себя учить­ся — очень слож­но.

Мне ка­жет­ся, что очень важ­но по­лю­бить про­цесс, невоз­мож­но все вре­мя это де­лать че­рез силу. Если у вас не по­лу­ча­ет­ся са­мо­сто­я­тель­но вы­учить язык — не му­чай­те себя, иди­те на кур­сы.

800 млн руб в год на школе английского. История успеха Георгия Соловьёва и SkyEng

Skyeng — онлайн-школа английского языка нового поколения.

  • 1500 преподавателей (№ 1 среди других онлайн-школ по данному показателю)
  • 13800 учеников
  • 24 часа в сутки — идут занятия в школе
  • 1126000 уроков проведено с момента основания
  • $330 000 — стартовые инвестиции в проект
  • $1 000 000 — выручка в месяц

Видеоинтервью с Георгием Соловьевым

Рождение идеи

Школа Skyeng существует с 2012 года. Но предпосылками к ее появлению стали события за два года до этого.

Студент второго курса МФТИ Георгий Соловьев получил предложение пройти стажировку во Франции и Германии, но с единственным условием — достигнуть высокого уровня владения английским языком за один год.

Изучать язык самому — нелегко. Московские репетиторы — за 1500-2000 рублей в час — не по карману студенту, живущему на стипендию,— «Как всегда, когда не хватает денег, рождается креативность»

Георгий родом из Чебоксар, на каникулы ездил туда и занимался с местным репетитором за 150 рублей в час. Возникла мысль: «А как же мне репетитора из Чебоксар телепортировать в Москву»? И идея пришла сама — почему бы не использовать скайп?

Полгода занятий с репетитором, еще полгода уроков с носителем языка из Флориды по скайпу принесли плоды. Георгий прошел стажировку. И стал получать много вопросов от друзей и коллег: как выучить язык так же быстро и эффективно? Он помог и им найти преподавателей. Так все и началось.

Сложность была в том, что достаточно серьезная и тяжелая учеба на физтехе не предполагала отличную от занятий работу. Поэтому тему с уроками английского по скайпу пришлось временно оставить. Но курсе на четвертом после стажировок во Франции и Германии Георгий понял, что европейская наука — не его.

Поработал на американские лаборатории и увидел, что это надолго: цикл большой, только через 10 лет сможешь руководить лабораторией, а подняться на уровень выше лаборатории — не раньше чем через 15-20.

Поработав в одной из лучших лабораторий России, увидел, что с научным конструкторством в нашей стране тоже плохо, и решил заняться бизнесом.

Школа английского языка — интервью с основателями

Следующий шаг — идти учиться. У кого? Только у тех, кто хорошо умеет это делать сам. На физтехе тогда считалось, что самые большие зарплаты в России специалистам платят в двух местах: это IB (инвестиционный банк) и консалтинг (McKinsey). Георгий отправил CV, но результат отрицательный. Не взяли.

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector